лжедмитрий

Без стука, без предупреждения, нагло ворвались холода и укрыли покрывалом одиночества. Тяжёлые тучи нависли над городом, а через каждые пять минут начинался получасовой дождь. Душа хочет согреться и молит хотя бы о секундном лучике солнца. Холодно~о~о~о.

Я чувствую, как солнце пытается меня согреть сквозь тучи. Грустное небо грустной страны. Густой табачный дым. Случайные прохожие. Манящий запах булочек из забытых кофеен. Метро. Сотни прохожих. Поезда. Станции. Бессмысленное одиночество в толпе. Поезда. Станции. Эскалатор. Табличка «Выход в город». Глаза готовятся к тучам и руки начинают дрожать от предстоящего дождя. Прохожие. Двери. Солнце. Солнце ослепило уставшие глаза и накрыла своей осенней теплотой.

Бегу по Сретенскому бульвару. Впервые замещаю памятник Шухову. Вдоль аллеи. Желтеющие листья. Светофор. Смотрю по картам расположение бара DeFaQto, кидаю взгляд на часы. Отлично, до прощального концерта «Лжедмитрия» ещё пол часа. Зелёный. Торопливым шагов продолжаю свой путь. Курящая толпа и кто-то кричит: «Аминь». Я на месте.

Тяжёлая дверь. Билеты. Списки. Браслеты. Странная теплота в сердце. Много красивых людей. Замечаю Варвару Обросову и Дмитрия Клочкова, они что-то обсуждают, рядом переговариваются звукорежиссёры, бармен наливает пиво в чей-то стакан, зрители разделились по маленьких группкам и общаются между собой. Замечаю, что эти группы становятся то больше, то распадаются на новые, то вовсе исчезают. Много объятий и все улыбаются. Такое чувство, что все друг друга знают. Родство огромной толпы. Туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда. Огромная семья? Какие-то разговоры. Улыбки. Над сценой висит нарисованный Варварой радужный плакат с надписью «Важен каждый из нас». От осознания этой простой истины происходит выброс серотонина.

Неожиданно гаснет свет. Раздаются аплодисменты. Аккорд. «Все говорят нам, то тут то там, что мы психи» – раздаётся со сцены. Вот сильнее заучит гитара. Вот добавились барабаны. Эти строки я услышала впервые, когда хотела сдаться и сбежать куда-то далеко, но мой побег в далеко пришлось отложить из-за легкости припева этой песни и начать жить, а теперь эту композицию играют на сцене и я слышу ее не в записи, и убежать никуда не хочется. Удивительный миг. Удар барабанов. Долгие овации. Какой-то парень кричит Диме, что хочет от него детей.

Хочу рассмотреть игру музыкантов, взгляд падает на экран и теперь мое внимание приковано к монитору. Видеоряд состоящий из картин Варвары Обросовой, потом замещаю фотографии Димы сделанные ею, эти снимки превращаются в отдельный фильм не лишённый смысла. Яркие краски, грустные картинки, большие глаза.

«This is Yuzhnaya» – раздаётся из динамиков. Мотивы лёгкой беспечности. В голове проплывают виды юга Москвы – Чертаново, Варшавка, летнее солнце. Непроизвольно начинаю подпевать. Непроизвольно начинает подпевать весь зал. Неслышно музыки или голоса музыканта. Слышен лишь унисон голос зрителей, которые пропевают «И я на месте». Каждый поёт с особой болью и с неимоверной грустью в глазах. «Я и депрессия, любовь моя»…

Взгляд падает на музыкантов. Зачарованно смотрю на их игру. Вот Дмитрий Клочков перебирает аккорды, подходит к микрофону, поёт вкладывая частичку своей души в каждое слово. Владимир Останин бьет по барабанам и в каждом ударе чувствуется стук сердца. А Павел Черняков нежно касается струн, взгляд его устремлён куда-то в даль. Не хватает Димы Доброго, который скончался от коронавируса в прошлом году, в такие моменты понимаешь, как ценен человек и как тяжело, когда уходят хорошие люди…

Дима объявляет, что сейчас будет специальная песня, которую они играют только на концертах. Пробегают мурашки. Ох, этот прекрасный мандраж, когда понимаешь, что эту песню ты услышишь только сейчас и не найдёшь ее в сети. Непередаваемое чувство, кажется, что ты являешься частью вселенской тайны, которая открывается лишь избранным. Дима говорит, что эта песня посвящена маме и его страху, когда мама принимала таблетки и говорила, что это таблетки от жизни. От таких историй пробирает до дрожи, начинаешь чувствовать какую-то связь с музыкантом. Сумасшедший мотив, звук гитары родом из берегов свободной страны, беспечные барабаны, слова, который разрывают сердце от вложенного смысла.

Музыка должна быть разной: грустной, жизнеутверждающей, немного несерьёзной, тревожащей душу от идеи песни. Треки «Лжедмитрия» разные, совершенно разные и каждая песня не похожа на другую по смыслу. Песни «Лжедмитрия» похожи на холст художников импрессионистов – яркие, запоминающиеся и искренние. И под их песни хочется жить лучшей версией своей жизни и кружиться в танце.

Частичка души в каждой строчке, в каждом аккорде, в каждом ударе барабанов. Душевная теплота во взгляде каждого слушателя. На сцене творится магия, которая зарождает в груди желание взять в руки музыкальный инструмент и также сказочно делиться своими мыслями.

Когда музыканты отдаются полностью процессу и играют песни от всего сердца, а слушатели веют добротой и это все похоже на вечеринку для очень близких друзей, то ты не замечаешь, как быстро проходит время. Не замечаешь, что концерт почти подошёл к концу. Дима объявляет последнюю песню. «Аминь». Посвистывание. Музыка лёгкой свободы. Музыкант поёт так, словно лесной маг рассказывает поучительную историю маленькому мальчику. Слушатели застыли в мгновении и стараются насладиться каждой строчкой, каждым аккордом, каждой секундой. Ещё чуть-чуть и концерт

закончится. Нужно унести эту атмосферу домой, запрятав ее в сердце. Свист. Гитара. Секундная тишина. Долгие аплодисменты. Дима благодарит, каждого кто пришел на концерт, что-то ещё про то, что не умеет прощаться, к нему на помощь приходит Варвара и говорит «Всем пока», гаснет свет. Долгие аплодисменты продолжаются.

Люди начинают расходиться. Включают свет, но не концертный, а естественный свет бара – желтый, осенний желтый, петербургский желтый. Замечаю зрителей, которые подходят к музыкантам, что-то им говорят, фотографируются, берут автографы. Кто-то обнимается на прощанье, кто-то улыбается глядя в глаза прекрасному человеку, диалоги, диалоги, объятия. Все расходятся не спеша. Людей все меньше и меньше. Петербургский желтый. Чей-то пустой стакан. Уставший бармен. Музыканты. Тяжёлые двери. Холодный воздух и небо, что благословляет на покорение новых вершин. Аминь.

Азалия Фаттахова, специально для MUSECUBE

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.