«Школа современной пьесы» изучает «Женское счастье»

Фотография Петра Захарова предоставлена пресс-службой театра

Кто стал никем, тот спал не с тем.

Театр “Школа современной пьесы” уверенно входит в новую жизнь, презентуя зрителям спектакль “Женское счастье” по пьесе Михаила Барщевского и Екатерины Кретовой. Всё, как принято у ШСП: материал абсолютно новый, свежесозданный, прежде нигде не ставившийся.

Собственно, сначала был рассказ Барщевского “Не судьба”. Инсценировкой его занималась Кретова. А в процессе репетиций ещё и Дмитрий Астрахан, худрук театра, накидывал интересные идеи (и я даже наверное понимаю, какие, ибо ранняя версия пьесы без проблем находится на просторах интернета). Вот и родилось оно – “Женское счастье”.

Режиссёром стала Мария Федосова – и это прекрасно, ибо кто поймёт женщину так, как женщина? (Ну, как минимум, она покажет её человеком, а не некоей неведомой зверушкой с неясными побуждениями, которой, как ни странно, выставляет представительниц слабого пола в интервью Барщевский – и за это я не могу ему не попенять. Но что поделать, тут уж процитирую пьесу: “Феминистка – не та женщина, которая терпеть не может мужчин, а та, которую мужчина терпеть не в состоянии”.)

Сюжет, буду честна, не отличается особой оригинальностью и глубиной. Ляля (вообще-то Лена, но для своих – Ляля) работает на ТВ. Она востребована и профессиональна, занимает пост редактора крутого ток-шоу, чего ещё желать? Одна беда – в личной жизни швах. Нет, мужчин-то у Ляли – вагон и маленькая тележка (а как иначе, если она красива и умна?), но ни душевной, ни телесной близости ни с кем не возникает. Да ещё и о бесплодии доктора говорят…

И вдруг в качестве гостя на шоу соглашается прийти Иван Иванович Иванов (он же – И.И.) – крутая шишка из КГБ. И Ляля понимает – это Он. Пусть он старше (шесть десятков разменял) и женат. Но впервые в животе нашей героини начинают порхать бабочки (как выясняется чуть позже – и не только они).

Далее неизбежен выбор между профессиональным и личным, мужчиной любимым, но недоступным, и тем, что под рукой, но не нужен, правдой и ложью… Всё сломается и пойдёт прахом… Возможно ли в итоге оно – то самое женское счастье? И в чём оно заключается?..

Очень, невероятно женская история – и авторы сумели сделать её правдивой и понятной каждому (так что пусть я на Барщевского виртуально и посмотрела косо, но на спектакле ШСП его личные взгляды никак не отразились). В спектакле нет положительных и отрицательных героев – есть обычные люди, допускающие ошибки и стремящиеся к лучшему.

Собственно, персонажей всего трое (плюс шесть артистов ансамбля – так они значатся в программке): Ляля и двое её мужчин, И.И. и Шота (популярный телеведущий, влюблённый в героиню, но жениться на ней не планирующий, и вообще “не мужик”, как его нам характеризуют). Крайне странный любовный треугольник, с одной из вершин которого Ляля быть не может, а с другой – не хочет.

И вот ведь какое дело: насыщенный, точный язык авторского дуэта и неоспоримый психологизм происходящего делают постановку, содержание которой, в принципе, можно пересказать тремя предложениями, чудесным. «Женское счастье» – ни в коем случае не «бытовой спектакль», как могло бы показаться. Это крайне изящная вещица, главное в которой – не события, но мысли об оных в головах персонажей, их анализ происходящего и самих себя.

Не пугайтесь: вас никто не собирается грузить или мучить заумствованиями. Будет грустно и смешно, поведение героев временами изрядно побесит (но всё равно вы не перестанете им сопереживать), но главное – все полтора часа (а ровно столь и длится «Женское счастье») вы не сможете оторваться от сцены, безусловно веря в происходящее и ожидая развязки.

Мои аплодисменты Марии Федосовой – режиссёр поставила во главу угла красоту “картинки”, но при этом каждое её решение оправданно и необходимо. Эстетика в спектакле – слуга смыслов, а, к моей радости, не краеугольный камень, вся постановка до предела кинематографична (и правильно – немалая часть действия происходит в телестудии), и в этом её отдельная изюминка.

Изображения сразу с нескольких камер выводятся на экраны, являющимися одновременно и задником сцены, и Федосова смогла доказать, что этот приём не только моден, но и стопроцентно уместен в театре. Проекции дополняют действие, расставляют необходимые акценты, добавляют объёма – плюс помогают зрителям, сидящим в противоположном углу зала (а сцена “Зимний сад”, при всей её камерности, исключительно вытянута в длину), разглядеть все детали происходящего. На моей памяти это лучшее использование видеокамер в спектакле.

В общем, “Женское счастье” – это постановка, которая на редкость хороша собой (и за это ответственна не только Мария Федосова, но и художник Марина Ивашкова, художник по свету Павел Бабин и художник по видео Дмитрий Мартынов). Скажем так: даже если вас не захватит сюжет (ну, всякое же может быть), вы можете просто любоваться действом.

А ещё это пример интересной, умной режиссуры, которая не спорит с текстом пьесы и не следует за ним безусловно, но работает с оным в едином тандеме, как полноправный партнёр, рождая одно из самых привлекательных театральных произведений искусства, виденных мной в текущем сезоне.

Фотография автора

И какие тут актёры! Ансамбль (Виктория Крючкова, Мария Раевская, Анастасия Марчук, Александр Сеппиус, Арсений Ветров и Богдан Витряк), по сути, являются “живыми декорациями”, создают атмосферу и “заполняют пространство”. Но режиссёр сумела даже эту почти безгласную компанию сделать трёхмерной и неотъемлемой частью спектакля. Федосова уважает и зрителей, и своих артистов, а потому даже крошечная роль (а ансамбль сменяет множество масок по ходу действия) оправдана и наполнена.

Сухраб Хайлобеков (Шота) демонстрирует нам крайне неординарного персонажа: будучи мужчиной слабым и, по большому счёту, бесхарактерным, в финале именно Шота, как истинный горячий грузин, дабы потешить самолюбие и восстановить реноме, совершает нечто, способное сломать жизнь и сопернику И.И., и обманщице Ляле (а за компанию – и маленькому Серёже, который, если вдуматься, чуть ли не главной жертвой в результате является). Но вот ведь что поразительно: даже Шоту и его убийственный поступок вполне можно понять. И этому способствует невероятное обаяние Сухраба.

Иван Мамонов (И.И.), постарев на пару десятков лет как внешне (гримёры молодцы), так и внутренне, перевоплощается в личность страшную и привлекательную одновременно. Как истинный функционер, И.И. умеет людям понравиться, если это нужно. Прямо рубаха-парень, знаете ли. Но даже слепо влюблённая в Ивана Ивановича Ляля понимает, что при необходимости он раздавит её одним пальцем (сцена диалога о беременности, наглядно демонстрирующая сей факт, одна из самых мощных в спектакле). И всё же старый КГБ-шник – тоже человек, со своими ахиллесовыми пятами и пристрастиями. И, наверное, я даже где-то понимаю Лялю – персонаж Мамонова заставляет сердечко стучать быстрей. Превосходная актёрская работа!

Но – странное дело! – не только Шота слаб и “не мужик”. Иван Иванович, если вдуматься, мало чем от него отличается. Это только кажется, что И.И. – шерстяной волчара, и мощны его лапищи. Если б не демарш Шоты, так бы и сидел наш КГБ-шник в своей тёплой норке, спрятавшись от проблем. И Мамонов проникает в самые затаённые уголки души своего героя, раскрывая его многогранность, но, при этом, не возвышая в глазах зрителя.

И, конечно же, Валерия Ланская (Ляля). Кто не видел Валерию в драматических спектаклях, много потерял (впрочем, если вы жить не можете без вокала артистки, не грустите: в финале Ляля споёт – и сделает это так, что слёзы сдержать будет проблематично). Если уж есть в спектакле сильная личность – то это Ляля. Самодостаточная женщина, сделавшая сама себя (ну, правда, по её собственному признанию, порой нужно знать, с кем спать). Но и она сдаётся и идёт против своих убеждений – ради ребёнка.

Читала, что Ланской непросто было сжиться со своей героиней – уж очень её суть разнится с натурой Валерии. Может быть, именно по этой причине Ляля и получилась столь настоящей и пронзительной. Ироничная, неординарная, смелая, прекрасная – Ляля не мнит себя эталоном… и даже, наверное, не считает себя хорошим человеком. Она смотрит на жизнь исключительно трезво – но всё равно жаждет чуда.

Пусть совершит героиня полнейшую глупость – и даже подлость, – но и в этот момент, сокрушаясь изо всех сил, ты её понимаешь. И пусть в отношении И.И. Ляля ведёт себя, как распоследняя дура. Влюблён человек, отстаньте со своими нравоучениями. Как будто вы сами – не такие же?!

Ланская проживает спектакль на сто процентов, и ты от всей души желаешь её персонажу того самого счастья, о котором она мечтает.

Есть в “Женском счастье” и подарок для любителей живой музыки – группа 3D, сопровождающая действо. Как же круто, что мода на привлечение музыкантов захватывает всё больше театров! А уж если они такие, как 3D, то зачастую и не знаешь, куда смотреть: прямо, на сцену, или направо, на балкончик, откуда льётся мелодия.

Музыка, созданная здесь и сейчас, это дополнительная эмоция в спектакле. Ещё один корж, если позволите так выразиться, в театральном торте, делающий лакомство максимально сногсшибательным. Ну, и моя отдельная слабость.

Резюмирую. “Женское счастье” – несомненная удача “Школы современной пьесы”. Тут так сложились звёзды (в смысле – таланты авторов пьесы, постановочной группы и труппы), что работает всё, идеально подходит к друг другу каждая деталь, а души зрителей как открываются на первой минуте спектакля, так и наслаждаются происходящим на протяжении всей постановки.

И вот что ещё поразительно: при кажущейся банальности сюжета финал угадать… ну, если не нереально, то очень сложно. Я лично ожидала иной концовки – более трогательной и наивно-правильной, что ли (даже огорчилась чуть, когда поняла, куда всё выруливает – хотя в ШСП-то лучше придумали, чем мне мечталось, буду честна). Вариантов масса: от феерично-радужного до кромешно-тёмного. И все они психологически достоверны. Пусть чуток сказочны, мелодраматичны – но любая из версий развития событий могла бы иметь место в нашей с вами реальности. А как оно будет в спектакле – узнаете сами, когда посмотрите.

Мамы маленьких детей (да и вообще мамы), крепитесь: будет ряд триггеров именно для вас. Игра с чувствами ребёнка – это страшно. Но ведь тоже жизненно, согласитесь?

И, нет, мы не получаем ответ на вопрос, что же такое общеженское счастье. Мы осознаём, каково оно, счастье, именно для Ляли. Зато получаем массу поводов для размышления: а что есть счастье для меня? Нашла ли я его? А, может, счастье давно со мной, но я его не заметила в вихре будней?

ШСП напоминает: даже если вы достигли жизненного дна, осмотритесь. Может, именно на этом днище и прячется ваше счастье?..

Ирина Петровская-Мишина специально для Musecube


Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.