сергей боголюбский

Полгода назад я уже встречался с музыкантами группы СЛОТ. Тогда это были Нуки и КЭШ, являющиеся голосами коллектива. И вот сейчас у меня появилась возможность пообщаться с человеком, занимающим в команде далеко не последнюю позицию. Я имею ввиду Сергея «ID» Боголюбского – гитариста, композитора, звукорежиссера и очень интереснейшего собеседника! Уверен, наш разговор заинтересует не только поклонников группы СЛОТ, но и всех, кто интересуется современной тяжелой музыкой в России.

Привет! Давай начнем с вопросов, касающихся твоей деятельности в группе СЛОТ?

Привет, конечно!

СЛОТу в этом году исполнилось 10 лет. Срок весьма значительный. Мог бы ты подытожить пройденный за это годы путь? Все ли сложилось так, как вам самим хотелось?

Конечно, что-то могло быть и лучше. С другой стороны, хорошо, что все сложилось именно так. Ведь многие артисты ярко вспыхивают, но очень быстро гаснут, хотя зачастую представляют собой  весьма интересные творческие единицы. Безусловно, есть ощущение определенной доли везения. В творчестве постоянно подводятся некие  итоги, когда думаешь, что какие-то моменты можно было сделать  лучше. Работа над ошибками идет всегда. Но, само собой, я считаю, что все складывается хорошо. Главное, чтобы хватило веры в нас и в нашу работу. Тогда отметим и 20, и 30 лет группы! Вокруг слишком много искушений, и не все доходят до конца…

Совсем недавно прошли юбилейные концерты в Москве и Питере, где помимо прочего, было множество гостей. Конкретно во время московского выступления, с вами отыграли многие  покинувшие в свое время СЛОТ музыкантов. Интересно было вновь поиграть в старом составе?

Если в общих чертах, то да. Но мы столько сил и времени положили на подготовку этих выступлений, что говорить предельно честно сложно… Московский концерт я вообще слабо помню, настолько сложно он мне дался. Было огромное переутомление из-за постоянных репетиций, отработки огромного количества материала, в том числе, и со старыми участниками, которые, если быть честным, во многом уже чужие для тебя. Сама твоя сущность этому противится и задает множество неприятных вопросов. Главное, что зрители остались довольными увиденным, ведь мы очень старались. Но по количеству затрат, как моральных и физических, это был один их самых сложных периодов за последнее время.

В прошлом году вышел ваш англоязычный альбом «Break The Code», который попал на полки магазинов далеко за пределами России. Для тебя это важный шаг в истории группы, или всего лишь приятный бонус к творчеству?

Подошли мы к этой работе очень ответственно, думая, что действительно может произойти нечто важное. Но тут весь вопрос в адекватности восприятия музыкальных реалий. Там мы никому не нужны. Причем, не нужны в значительно большей степени, чем музыканты из большинства европейских стран. Если быть честным, я считаю, что пробиться на американский рынок для нас не реально. Можно поездить на гастроли за границу, выступать для какой-то прослойки русскоязычного населения. Но это скорее приятно проведенное время, но никак не серьезные творческие затраты. Если хочется по-настоящему «выстрелить», то нужно либо очень много денег, либо какой-нибудь провокационный элемент. СЛОТ ни тем, не другим сейчас не располагает.

То есть ты уверен, что в России невозможно  подготовить почву для музыкальной индустрии, которая будет интересна хотя бы в Европе? К примеру, в этом году пройдет фестиваль KUBANA, по составу участников максимально близкий к европейским мероприятиям подобного уровня. Не считаешь ли это первой ласточкой?
Все упирается в финансы. В любой сфере деятельности, которая имеет право называться профессиональной, возникает масса сопутствующих проблем. Это и бюджет, и менеджмент, и прочие вещи, связанные с техническим процессом деятельности. К сожалению, у нас, на данном этапе развития шоу-бизнеса, все делается спустя рукава. Возьмем фестиваль KUBANA как пример. Люди вложились, нашли возможности для проведения фестиваля довольно высокого уровня.  Но конкурировать с европейскими фестивалями, при всем их разнообразии, очень сложно. Полностью вытеснять русский рок из фестивальных программ никто не станет. А русский рок, в свою очередь, никогда не будет интересен за пределами страны. Это как русский шансон. Если собрать весь русский рок вместе и привезти, например, в Америку, то все скажут: «Ребята, вы что, у нас есть свой кантри фестиваль». Всерьез никто это не воспримет. А пока нет внутреннего музыкального рынка, способного конкурировать,  как минимум с европейским, ни о какой серьезности нашей музыкальной индустрии  речи идти не может.

Только что вы отъездили мини-тур с Guano Apes. До этого вы уже разогревали группы, вроде Limp Bizkit. Тебе интересен формат таких выступлений?

Guano Apes мы не разогревали, это был полноценный концерт. Мы даже играли по времени больше, чем они. Что касается формата «разогрев западных групп», то он мне не интересен. Есть такой момент, как своего рода «притеснение» со стороны представителей иностранных команд, когда запрещают пользоваться их аппаратом, ограничивают сценическое пространство, и все в таком роде. Комфорта выступлению это явно не придает.

Давай поговорим о каверах. Зимой вы отыграли целый концерт такого формата, причем это был не первый опыт подобных выступлений. Как пришла идея сделать такое выступление, и каковы ощущения от подобной практики?

Мне кажется, для любого музыканта «переработка» чужого материала представляет особый интерес. Это даже в учебных заведениях проходят! Всегда интересно взять понравившуюся тебе песню, разобрать ее на составляющие и «переосмыслить» под себя. В первую очередь, это полезно с профессиональной точки зрения. Лично у меня опыт создания кавер-версий очень большой. С группой Бони-Нем мы давно занимаемся подобного рода деятельностью. И вот, пришло время СЛОТа. Это очень интересный формат творчества.

Раз уж мы заговорили про кавера, то стоит отметить, что совсем недавно вы приняли участие в проекте Let It Beatles. Расскажи, как все прошло, и почему вы выбрали для исполнения песню Eleanor Rigby?

Это был очень занимательный проект. Началось все с того, что канал TVJam обратился к нам с предложением поучаствовать в этой теме. Разумеется, мы не отказались, ведь для каждого в нашей группе Beatles – это один из столпов, на которых все держится. Я еще в школе слушал  A Hard Day’s Night. Правда, тогда мне очень не нравилось 🙂 Следующий этап состоял в том, чтобы понять какую композицию нам выбрать. Не хотелось брать что-то очень известное, ведь Beatles одна из наиболее «переигрываемых» групп, и на все хиты уже создано огромное множество каверов. Плюс ко всему, хотелось выбрать песню, при работе над которой мы смогли бы сохранить ее аутентичность. И мы пробовали много вещей, пробовали Help!, пробовали совсем неизвестные песни. И в результате выбрали именно Eleanor Rigby.  Подбирались мы к ней несколько раз. Сначала вообще хотели сделать из нее drum and bass, но поняли, что такой вариант не соответствует самой идее композиции. И в последний момент родилось то, что вы можете слышать на записи.

Результатом ты доволен?

Лично я — да.  Быть может, мы сделали версию слишком «сырой» по звучанию, но в целом, мне все нравится. Более того, если все сложится с авторскими правами, мы с удовольствием сделаем студийную версию.

Как вообще проходит работа над музыкой в группе СЛОТ? И что для тебя важнее, музыкальная или текстовая составляющая?

Ты знаешь, важно как звучит всё вместе. Песни часто рождаются из фрагментов, которые у каждого музыканта есть «в кармане», будь то текстовые идеи, или наброски гитарных риффов. Все это постепенно складывается во что-то цельное, а дальше уже дело за аранжировкой материала. Учитывая специфику нашей деятельности, а именно то, что основной заработок у нас идет с концертной практики, то на процесс записи пластинки у нас остается не очень много времени. За пару месяцев мы собираем все идеи и наработки, решаем, что будет в дальнейшем включено в альбом, и над чем предстоит работать, и оставшиеся месяца три уже целенаправленно доводим материал до ума.

Расскажи о своем отношении к социальной тематике в текстах? Это какой-то модный тренд, или действительно серьезная и актуальная тема?

Люди всегда любили протестовать. Проще протестовать, чем что-то делать. А сейчас почва для протеста очень благодатная. Не берусь судить правильно это или нет, могу лишь сказать, что человек, который занимается пропагандой  социального протеста, должен представлять собой, как минимум, опытного и состоявшегося человека, который будет в ответе за свои слова. Социальные темы это что-то сродни проповеди. В противном случае, это всего лишь эпатаж или попытка влиться в модную волну.

Давай поговорим о том, как ты начал заниматься музыкой. Почему выбор пал именно на гитару? Как учился, снимал какие-то известные вещи или занимался профессионально? И есть ли музыканты, на которых ты ориентировался, или быть может, ориентируешься до сих пор?

Сначала я учился играть на фортепиано. Мне очень не нравилось, но меня заставляли этим заниматься. В то время мне больше хотелось гулять и играть с друзьями, чем заниматься музыкой. Сейчас я об этом жалею, ведь понимаю, что мог быть куда более образованным музыкантом.  А потом мне попалась гитара, это был уже школьный период. Хотя нет, лет в 6 я сколотил себе из досок гитару и плясал под группу «Ария» 🙂 Дальше мне родители подарили акустическую гитару, и я пошел учиться в «Красный Химик». Там я прозанимался с 7-го по 11-ый класс, после чего  я поступил в институт и продолжил заниматься уже у другого преподавателя. Естественно, у меня есть и кумиры. Например, Маврин. Я до сих пор не понимаю, как этот человек играет! Это восхищает! Если говорить о западных музыкантах, то могу назвать, скажем,  Эдриана Бэлью и Закка Уайлда.

Есть песни СЛОТа, которые тебе больше всего нравится играть?

Мне интересны техничные  и сильные с композиторской точки зрения вещи. Вообще композиторская тема для меня очень важна. Когда мы делаем песню, я всегда стараюсь настроить всех музыкантов на максимально глубокий подход к работе, это очень важно. Хочется, чтобы в каждой песне была изюминка. У меня есть друзья, которые являются профессиональными композиторами, и я часто советуюсь с ними по поводу той или иной работы. Из творчества СЛОТ мне очень нравится песня «Сумерки» с нашего нового альбома. Мне нравится, как там сочетаются разные музыкальные темы. Хотя песня, сама по себе, очень простая. Еще с последнего альбома я могу выделить композицию F5, в плане атмосферы, нестандартных размеров, смещенных акцентов и прочего. Если брать более ранние вещи, то это, конечно, «Мертвые Звезды»  и «Две Войны». Это, в какой-то степени, прорыв для меня, как композитора. Все эти песни не очень сложные, но очень целостные.

Когда у вас выходит новый альбом, среди слушателей всегда возникают довольно полярные мнения. Насколько интересно и важно для тебя мнение слушателей?

Конечно, стоит прислушиваться к мнению аудитории. Но это вовсе не значит, что нужно этому мнению следовать. Все сильные люди слушают, но делают по-своему. Это касается не только музыкантов. Если бы Стив Джобс слушал всех вокруг, то мы бы сейчас пользовались ужасными электронными приборами, напичканными кучей ненужных вещей, и работающими кое-как. Нужно уметь отделять зерна от плевел. Я не говорю, что я это умею, но я себя так настраиваю. Для меня важна возможность насытить максимальное количество наших потенциальных слушателей. Чем больше Ipod’ов ты займешь своими песнями, тем лучше для тебя, как музыканта. А занятие концептуальным творчеством, это уже как лотерея. Мне интересна любая музыка. Главное делать то, что ты чувствуешь внутри себя.

Помимо всего прочего, ты занимаешься звукорежиссурой. У тебя даже есть своя студия (http://gndsound.ganduras.com/) Расскажи об этой стороне своей творческой жизни.

Да, у меня действительно есть студия. В силу того, что в СЛОТе мы с самого начала многое делали сами, приходилось, так или иначе, заниматься звуком. Позже я пошел учиться этому делу, а в чем-то мне помогли знакомые…  И вот сейчас я сам занимаюсь звуком, записываю и свожу многих ребят. Мне, возможно, везет, но музыканты попадаются исключительно талантливые и интересные. Были у меня и продюсерские проекты, например «Радистка Кэт». Я это люблю, это нравится. Есть какая-то особая магия работы со звуком 🙂

Что ж, давай подведем итог нашей беседы вот таким вопросом. Группе СЛОТ 10 лет. За, казалось бы, не сильно большой отрезок времени, вы стали, вероятно, самой значимой фигурой на российской «альтернативной» сцене. Как ты считаешь, каков дальнейший вектор развития группы? Достаточно ли оставаться тем СЛОТом, который мы имеем сейчас, или стоит что-то менять на свой страх и риск?

Это очень хороший вопрос… С экономической точки зрения хотелось бы удержать то, что имеется. С профессиональной точки зрения хочется расширить горизонт. Хочется сделать что-то, что позволит стать еще большим, оставить после себя нечто значимое… Музыка –  это в первую очередь реализация амбиций. А какие могут быть амбиции? В первую очередь, оставить после себя какой-то след. Во-вторых, показать себя как можно большему числу людей. И то, и то в разумных пределах есть у каждого.  Мы делаем то, что нам нравится, делаем мы это честно. Посмотрим, как все сложится дальше…

Ну и напоследок пару слов читателям 🙂

Нужно развивать и любить родную музыку. Иначе скоро от нее совсем ничего не останется.

 

Константин Санаев специально для MuseCube

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.