Наверное, Владимир Высоцкий — это самое прекрасное, неожиданное и гениальное из всего, что происходило с советской культурой. Только его поэзия могла объединить таких разных исполнителей, как Олег Газманов, Илья Черт, группа «После 11» и ансамбль «Песни нашего века». Все эти и многие другие музыканты собрались в огромном зале «Крокус Сити Холла» 19 января, чтобы почтить память актера, певца и поэта.

Январские концерты, организованные сыном артиста под эгидой Благотворительного Фонда имени Высоцкого уже стали привычной частью московского концертного расписания. 25 января — день рождения Владимира Семеновича, а в этом году ему исполнилось бы 75 лет. К юбилею действительно народного артиста главный государственный канал (Первый) решил подготовиться очень тщательно: показать несколько документальных фильмов, один художественный собственного производства (нашумевший «Спасибо, что живой») и большой концерт, который собственно и был записан 19 января — чуть меньше, чем за неделю до торжественной даты.

Высоцкий — вечно ускользающий хамелеон. Человеку, впервые встречающемуся с его творчеством, сложно поверить, что «Канатчикову дачу», «Песню о бое в воздухе» и «Балладу о любви» написал один и тот же человек. Он и гениальный плагиатор, написавший второй раз «Я помню чудное мгновенье», и «Як-истребитель» и даже одновременно Ваня и Зина из «Разговора у телевизора». И, как показывает практика, он становится еще более разным, когда его поют разные люди.

Некоторые мужчины, как Сергей Безруков, Григорий Лепс или Александр Маршал, при исполнении песен сознательно или не очень копируют манеру самого Высоцкого: хрипотца в голосе, акцент на отдельных слогах и буквах. Пелагея выбрала написанную для женского голоса композицию «Марьюшка», и она могла бы поспорить с Мариной Влади. А вот Хелависа со своей Мельницей пела очень даже мужские «Балладу о вольных стрелках» и «О борьбе», сказав, что для их коллектива даже не возникало вопроса, какие песни петь на сегодняшнем концерте. Кто-то, как Ольга Кормухина, выбирал минималистическую обработку песни (в конце концов, какой еще может быть аккомпанемент для Высоцкого, кроме двух гитар?!). У группы Casual Высоцкий со своим «правым инсайдом» оказался современным, оглушающим и раздолбанным.

Что и говорить, у каждого свой Высоцкий, а принять знакомые и любимые песни в новом исполнении всегда сложно. Тут непонятно, что хуже – пытаться копировать стиль автора (что далеко не у всех получается) или аранжировать совсем иначе. Да и выбор песни чрезвычайно важен. Если слегка «доработанные» Светланой Сургановой «Скалолазка» и «Она была В Париже» слушаются легко и непринужденно, то выбор Олегом Газмановым «На братских могилах» вызывает чувство легкой неуютности. И совсем смущает исполнение песен Высоцкого – предельно искреннего, неповторимого Высоцкого – под фонограмму, которой грешили многие.

Сам Владимир Семенович не называл свои песни песнями, для него это были стихи, положенные на музыку. Илья Черт (он самоиронично выбрал песню «Про черта»), перед выступлением выразил мнение, что именно Высоцкому русский рок обязан своей интеллектуальностью и концентрацией на тексте. Так это или нет, но на концерте было много эпизодов, связанных не столько с музыкой, сколько со смыслом.

В рамках концерта была вручена шестнадцатая премия «Своя колея». Это действительно уникальная награда, лауреатом которой, если цитировать Никиту Высоцкого, может стать любой человек, вне зависимости от пола, возраста и рода занятий. Она вручается не за профессиональные заслуги и рекорды, но, пожалуй, за редкое упрямство в следовании своим жизненным принципам, за нежелание сидеть сложа руки, за неумение молчать, когда нужно кричать. Эта премия во имя тех самых идеалов, о которых пел Высоцкий. В этом году ее лауреатами стали врач, священник и певица. Заведующий отделением Архангельской областной детской клинической больницы Алексей Бабицкий спас жизни маленьких пациентов, когда больница осталась без электричества. Настоятель Свято-Михаило-Архангельского храма в Крымске отец Александр спас пятьдесят человек во время наводнения. Творчество народной артистки России Елена Камбурова уже двадцать лет спасает души.

Во время вручения премии произошел казус вполне в духе Высоцкого. Юрий Норштейн, также обладатель «Своей колеи», продолжил поднятую ранее (во время вручения премии архангельскому доктору) тему нехватки врачей в нашей стране, и с нее плавно перешел на тему политическую, во всеуслышание предположив, что небезызвестный Сергей Магнитский умер от сердечной недостаточности и президента России, и начальника тюрьмы… Остаток речи режиссера потонул в овациях и криках «Браво!».

Абстрагируемся от вопросов политических, тем более что сам мультипликатор отрицает всяческую подоплеку в своих словах. Он говорил о жизни и о смерти. Человек умер, и Норштейн сказал об этом просто и горько, как сказал бы Высоцкий.

Владимир Семенович стал голосом эпохи не потому, что клеймил советскую власть или призывал к переменам. Он писал о людях, он писал о чувствах. Его герои в сложной ситуации не отступают, а на перепутье делают правильный выбор. Они находили свое место в простой и единственно правильной системе ценностей, которая в реальной жизни, к сожалению, почти нежизнеспособна. В ней герои честны и храбры, а под рукой всегда есть универсальное мерило человеческих качеств – если не разведка, то как минимум горы.

Высоцкого нет с нами уже больше тридцати лет, и те, кто не застал его даже в раннем детстве, но внутренне согласны с этой простой и ясной системой ценностей, теперь поют его песни. И до тех пор, пока есть люди, готовые своим голосом, под свой аккомпанемент сказать самые важные слава, написанные хриплым гением сорок или пятьдесят лет назад, живет надежда, что эта музыка будет вечной.

Потому что добро остается добром –

В прошлом, будущем и настоящем.

Светлана Горло, специально для MUSECUBE

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.