кармамира

Что происходит, когда два исполнителя с невероятным бэкграундом за плечами решают создать что-то принципиально новое вместе?

Настоящая магия от Романа Невелева и Максима МакСОКа в новом проекте «КАРМАМИРА».

У группы полностью готов первый альбом, синглы из которого уже доступны на всех цифровых площадках.

Музыканты полны энтузиазма и им однозначно есть что сказать этому миру.

Что привело в музыку, с чего всё начиналось?

Максим: Первая рок-группа в моей жизни появилась в 15 лет, называлась «Красный Бардак» и, кстати, с тех пор это название стало только актуальнее. А песни я пишу с 13.

Мой папа всегда пытался научить меня играть на своей гитаре, но тогда я не понимал, зачем это мне. Я был обычным питерским дворовым парнем, жил на улице Рубинштейна и занимался боксом во Дворце пионеров. Наблюдал из окна всяких «чудаков-паломников», которые посещали Мекку под названием Питерский Рок-Клуб.

Мне до 13 лет это было не интересно, я не понимал, чего от меня хочет папа со своей гитарой. Но, когда папы неожиданно не стало, я сам достал его гитару из за шкафа, примерно через год или полтора после его смерти, и начал мучать родных странными звуками. Они устали от этого и отправили меня к репетитору, прямо напротив моей 216-й школы на Графском переулке.

Первые две песни, что я сыграл, были авторства Высоцкого. Это были песни-швейцарские ножи, в них удивительным образом были собраны все блатные аккорды и попадались даже джазовые септаккорды. Курс молодого бойца я прошел на этом материале.

Первый мой коллектив, как я уже сказал, назывался «Красный бардак», это группа, которая ни разу нигде не выступила. Мы репетировали в кладовке у Андрея Ткаченко из 9А класса, и ещё в неё входил Женя Васильев. Именно тогда я и начал что-то сочинять. В предверии ПЕРЕСТРОЙКИ, наши песни текли потоком и были социально-политическими. Одна даже посвящена была программе Невзорова «600 секунд». До сих пор её помню!

Потом я был вынужден переехать в Одессу из-за аллергии на питерский климат. И там меня нашли Сима, Серёжа Коваленко и Вовочка Головань, пригласили вокалистом в группу «На грани». И она (оправдывая своё название) постоянно была на грани распада. А репетировали мы в здании поликлиники КГБ напротив театра Музыкальной комедии. Вскоре мы совершили революцию в группе (я привел с пляжа нового Друга и супермузыканта Алексея Легкодухова), Сима и Серёжа Коваленко были против и его назвали пролетарием, вот тогда мы выгнали из неё её же создателей, Симу и Серёжу, потеряв при этом репетиционную точку. И, конечно, само название «На Грани»

Название создатели забрали себе, а мы ушли репетировать в Медицинский Институт и стали называться «Баки», от слова «бакенбарды». Это был рок-н-ролльный атрибут! С моих 18 до 25 лет у меня была эта одесская супер-группа. Одесский рок-клуб и его директор Александр Невский взяли над нами шефство. И мэр Одессы Гурвиц поддерживал нас площадками. Мы были придворными фаворитами Одессы и рок-звёздами.

Роман: Всю жизнь я учился музыке. В музыкальной школе занимался на контрабасе, в музыкальном училище – на бас-гитаре. И, как любой нормальный музыкант, я все ещё учусь чему-то новому.

Играл в «Терминатор-Трио», был такой популярный джаз-роковый коллектив в Питере. До сих пор некоторые люди на джазовых концертах спрашивают меня о судьбе этой группы.

Играю в группах: «АлёNа», «Pushking Community». Вообще, было много чего ещё: «Бегемот», «Препинаки», «Пойманные муравьеды», «4ехов», «fun2mass», «Хиль и сыновья». В данный момент был и есть джазовый проект «raaja BAND».

Я играю в группе «ДДТ» на бас-гитаре уже десять лет, чему несказанно рад.

Наш с Максом новый проект «КАРМАМИРА» очень интересен для меня. Я тут выступил в роли, которой для полутора человек, знакомых с моим творчеством, весьма необычна. Поэтому не хочется, чтобы этот проект ассоциировалась у людей с другими проектами или коллективами, в которых я принимал участие.

Максим, у тебя же есть какая-то интересная история про первый успех, который обернулся провалом?

Максим: Первый успех принадлежал как раз группе «Баки». Нас заметили, и за нами приехали Евгений Фридлянд и Ким Брейтбург, продюсеры из «АРС-рекордс», чтобы забрать в Москву. Это был 1997 год. У нас уже был готовый контракт, мы сидели на чемоданах. О нашей группе писали все журналы Одессы, снимали репортажи телеканалы. Мы должны были уехать, мы уже аккуратно задрали нос и «зазвездились», и случился дефолт 1998 года. Всем было не до музыки, люди с трудом спасали свои деньги.

Я был успешен в рамках города, и мне уже казалось, что я вот-вот смогу достигнуть своего, стать настоящей звездой.

Мы всей группой прождали год. Но ничего так и не случилось, второго «билета» в жизнь коллектив «Баки» не получил. Таким, относительно неудачным образом, закончилась моя карьера в Одессе. Группа «Баки», конечно, загрустила.

И тогда я понял, что мне нужно возвращаться в Петербург. Я не боялся начинать с нуля.

Что случилось после возвращения в Петербург?

Максим: В основном, я работал арт-директором разных баров и клубов, но в самом начале занимался рекламой, даже работал курьером, уговаривая себя, что мне всё это нужно, ведь я забыл город и мне нужно с ним познакомиться заново. При этом я совмещал обычную работу с написанием текстов и песен, игрой на гитаре. Постоянно взаимодействовал с музыкальным сообществом, искал музыкантов.

Группа «СОК» появилась в 2000 с Вовой Нестриженко, Эдиком Хохловым и Азазелло! Это был ранний «СОК», но пути быстро разошлись, тогда пришёл Бабка, Бася, Коршунов и Новиков и мы активно писали альбомы с 2000 по 2007 год. В этом принимали большое участие самые лучшие музыканты и удивительные люди: Сергей Пункс-Вырвич, Максим Коршунов, Саша Сальцев, Виктор Новиков, Сергей Кивин, Леша Андреев, Антон Мева, Сёмен Куницын, Дима Гайнутдинов и ещё …очень много артистов.

После завершения активного творческого периода жизни группы «СОК» я всё равно продолжал заниматься музыкой, но больше писал в стол, снимал клипы, занимался блогом «МакСОК ТВ», играл с талантливыми музыкантами (Паша Борисов, Полина Ковыршина, Евгений Абрамов, Ваня Васильев, Марк Шубин, Саша Кац и другие). Много замечательной музыки сыграли.

Я снимал блог в 2005-2006 годах, был одним из первых пионеров этого движения. Брал интервью у знаменитостей (ДеЦл, Баста, Ляпис, Найк, Вайт Лайтс, Аукцион, Пеп-Си), я делал такие программы, когда ВДудь ещё под стол ходил пешком.

Я вообще могу смело назвать себя стартапером. Я всё время запускаю новые проекты – сделал первый концерт группы «5’nizza» в СПб, встретил на улице и продюсировал с нуля «Billy’s Band», МакСОК ТВ появился настолько рано, что опередил время белогерства.

Как вы встретились? Почему решили сотрудничать?

Роман: В пандемию всё случилось. Все сидели по домам. Не было концертов, репетиций… Я, от безделья в основном, занимался разными смежными историями – пробовал видеоблоги в Инстаграм и YouTube вести, оказалось полным бредом. Ну и, помимо всего, занимался поиском гитаристов, вокалистов и вообще каких-то музыкантов для совместного музицирования.

Про Макса я, конечно, знал, мы в течение многих лет пересекались в клубах и на фестивалях. Я знал про группу «СОК» – это был такой позитивный питерский рэгги-стайл. Мы стали общаться в сети и сразу стало получаться. Я отправил демо, он тут же набросал свой текст. Песня назвалась «Кармамира» (2 сингла коллектива уже готовы и их можно найти на всех цифровых платформах, примечание редакции).

Для ребят, которые ходили на меня в JFC, это станет, наверное, небольшим открытием, что я люблю шугейз и инди-рок. А люблю я его всю жизнь, и мне нравится создавать простые мелодии и играть их громко.

Максим: Рома играл в группе «Пойманные муравьеды», с которыми мы сыграли много концертов на одной сцене, в своё время. Но мы никогда не играли вместе в одном коллективе.

Потом я услышал «Фантомас Трио», на мой взгляд, они играли funk acid jazz и были фирмачами. На моих глазах Рому рекомендовал в «ДДТ» Паша Борисов (с которым я дружу и играю с 2006 года).

Наш творческий контакт с Ромой произошел примерно так. Мы пересекались иногда. И однажды, когда Рома праздновал свой день рождения в клубе Грибоедов, я выступал там. Потом мы списывались в социальных сетях. Оказалось, что Роману нравилась группа «СОК». Мы удаленно показали друг другу свой материал и просто совпали, как Инь-Янь. Всё пошло легко. И нам лишь хотелось оставаться в этом потоке.

Есть у обоих огромный бэкграунд, интуиция. Русскоязычный материал лёг на музыку, всё звучит на хорошем уровне. Мы совпали по геометрическому контуру, как паззлы.

Когда ждать выступлений коллектива?

Роман: Я хочу понаблюдать за развитием проекта. Конечно, мне хочется, чтобы музыка группы «КАРМАМИРА» нашла своего слушателя. Но и размениваться на клубные концерты с плохим звуком уже не могу себе позволить.

Если такой запрос у аудитории будет, если альбом «зайдёт» слушателю, то мы, конечно, будем играть живые концерты.

На этот жизненный момент «КАРМАМИРА» захватила меня полностью. Я позволил себе делать все, что хочу. Меня никто ни в чем не ограничивал. Поэтому я в проект даже влюблён. Хотелось бы, чтоб в дальнейшем с группой происходило только что-то красивое и серьезное.

 

Роман, а что такое музыка в глобальном смысле для тебя?

Роман: Музыка – это диалог. Задача каждого музыканта – быть интересным собеседником для любого слушателя в зале. Рассказать свою историю так, чтобы было захватывающе. Неважно, много ты нот играешь или нет, быстро или медленно, важно увлекать за собой. Как сказал мне один мой Друг: «В музыке должен быть ветер». Меня это очень впечатлило, потому что это самая простая и точная фраза, которая объясняет все. Я хотел бы, чтобы в моей музыке, в творчестве группы «КАРМАМИРА» в каждом такте был ветер… Длинные, широкие мазки, импрессионизм музыкальный – вот что я хочу донести, музыка должна быть образной.

Если поклонники вдохновляются от прослушивания любимых композиций, то чем тогда может вдохновиться сам артист?

Роман: Я вдохновляюсь миром вокруг себя. Бывает, что просмотр фильма или путешествие в соседний город могут сподвигнуть на написание песни, а, бывает, не нужно даже ехать на океан и сидеть в позе лотоса – музыка пишется сама собой. Меня, к сожалению, не вдохновляют больше книги, хотя в детстве я прочитал их огромное множество, исчезла какая-то магия. Но музыка обычно с этим хорошо справляется!

Вы боитесь чего-то? Бывает же, что страшно не от того, что не получится, а от того, что сбудется всё то, о чём мечталось?

Максим: Я впервые задумался об этом. Действительно, может быть страшно и от того, что всё получилось. Пока ты сидишь на одном месте и не делаешь ничего, ты застрахован от неудачи. А творчество – это всегда откровение. И, конечно, я бы хотел, чтобы, когда я открываюсь, это получало отклик.

Роман: Выступать не боюсь! Всё, что я делаю на стадионе или в маленькой студии – одинаково ценно для меня. Играть 7 нот в нужный момент – для меня этого недостаточно. И никогда не было достаточно. Я не могу не сочинять и не играть, я не могу не делать то, что мне интересно, я хочу постоянно расширяться внутри себя. А когда ты постоянно обогощаешь себя чем-то новым, не остаётся места для страха.

Расскажите о миссии группы «КАРМАМИРА»?

Роман: «КАРМАМИРА» – в ней всё абсолютно другое. Я впервые взял на себя всю музыкальную часть в рок-группе – инструментальное исполнение, аранжировки, запись и продакшн. Я впервые сыграл на всех инструментах. И впервые все свои музыкальные мысли выразил так полно в рамках одного коллектива.

И потом, кайф русского языка – в его образности. Он позволят каждому придумать что то своё, о чем наши песни. Каждый найдёт в ней свои смыслы и инсайты.

Максим: В мире созрела очень серьёзная карма, много чего негативного происходит, но если люди локально, каждый в своей ситуации, поймут, что решение всех вопросов происходит через честность и любовь, то человечество что-то важное сможет сделать.

Я ничего не требую от Вселенной, но я очень хочу иметь отзыв на свои усилия. Я вижу, как много хороших людей рядом, сколько поддержки и помощи вокруг. Что это, если не Бог. С другой стороны, принимать ситуацию – это не значит не работать. Я не хочу оправданий безынициативности, потому что вкладываюсь максимально.

Я мечтаю о том, чтобы люди услышали то, что мы делаем, я хочу, чтобы «КАРМАМИРА» звучала. И я солидарен: «В музыке должен быть ветер»!!!

Текст – Надя Ильина
Продюсирование съёмки – Надя Ильина
Фотограф – Екатерина Миронова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.